Бесплатные игры для мальчиков
Играть в лучшие игры прямо сейчас!

Король Лев жив!

Шрам, после поражения в бою с Симбой и падения со скалы, готовится умереть от зубов рассвирепевших гиен. Расправившись с бывшим предводителем, гиены приносят зверя на свое кладбище. Шрама находит одна из гиен, которая была обязана льву своей жизнью.

На шерстинку от смерти

Шрам был уверен, что только несколько шагов гиен отделяют его от минуты, которая завершает Круг Жизни для каждого из обитателей Земель Прайда. Еще никогда опасность не внушала старому льву такого страха. Кольцо гиен сужалось, их злобные морды, искаженные страшными оскалами, приближались, а в узких зрачках читалась ненависть, злоба и жажда мести.

Впереди выступала Шензи: шерсть ее вздыбилась на загривке, тощий зад волочился в нескольких сантиметрах от земли, приминая пожухлую траву, а из горла вырывалось клокочущее рычание:

– Пришло время платить по счетам, Шрам! За все унижения, обиды, оскорбления и несправедливости! – голос гиены был полон силы и власти, она уже чувствовала сладкий вкус крови своего врага, который так безуспешно пытался выдавать себя за друга.

– Не т-т-торопись, Шензи, – Шрам заикался, – давай сядем за Круглый Камень переговоров, все в-в-вопросы можно решить м-м-мирным путем…

– Ты все еще думаешь, что я верю тебе, Шрам? – гиена рассмеялась своим пугающим смехом, от которого у травоядных обитателей саванны кровь стыла в жилах, – последний круг, оставшийся тебе, – это круг твоей никчемной жизни, и да помогут мне Тени Предков замкнуть это грязное кольцо с помощью моих клыков на твоей трусливой шее!

Отвратительные кровожадные морды, с горящими во мраке ночи глазами, одобрительно закивали, и вскоре всеобщий дьявольский хохот, как эпидемия, захватил гиен: они извивались в конвульсиях, надрываясь от захлестнувшего их безумия, это был их час, час торжества!

Шрам прижался к скале и закрыл глаза. Тело его дрожало… Как он мог пасть так низко, чтобы выказывать свой испуг перед этими шелудивыми падальщиками? Лев вспомнил детские годы и нежную отцовскую лапу, которая гладила его по начинающей отрастать гриве…


Куда делось присущее ему благородство? Да, он не сумел быть таким сильным и отважным королем, как Муфаса, да, он не смог завоевать авторитет среди обитателей Земель Прайда, но ведь в его жилах течет королевская кровь! И если он оказался не в состоянии жить, как Король, то он должен хотя бы умереть, как подобает Царю зверей…

Кива

Шрам почувствовал острую боль, которая шла снизу, от лап. Он с трудом открыл глаза: веки были налиты свинцовой тяжестью и плохо слушались.

– Где я? – простонал лев и сам не узнал свой голос, похожий скорее на сдавленный шепот. Он часто заморгал в попытке разогнать красные концентрические круги, которые мешали ясно видеть. Но даже сквозь эти набегающие кровавые разводы Шрам мог рассмотреть угрюмый пейзаж, от которого веяло безнадежностью. – Где я? – повторил свой вопрос раненый зверь. – Неужели в Стране Теней?

Холодный свет луны золотил верхушки костей, выбеленные ветром, солнцем и дождем: лежащие повсюду грудами, они упирались в линию горизонта. Отсутствие плоти производило жуткое впечатление даже на видавшего виды хищника.

– Ты на Кладбище Гиен, оно находится к востоку от Слоновьего, но в отличие от последнего здесь живут Отверженные.

– Кто ты, чей это голос? – Шрам попытался приподнять голову, но пронзительная боль понудила его принять изначальное положение.

– Я Кива. Ты забыл обо мне? – прозвучало в ответ.

Шрам поднапрягся и скосил глаза в ту сторону, откуда шел звук. Темный силуэт с заостренными ушами на фоне покрытых снисходительным светом луны скелетов указывал на присутствие гиены.

– Кива, почему я здесь и кто такие Отверженные? Я, я не помню тебя… – произнес Шрам, напрягая память, – разве мы знакомы?

– Да, мы знакомы. Однажды ты спас меня и теперь мы в расчете. Я оплатил свой долг.

Шрам задумался, ему казалось невозможным, чтобы им когда-либо мог двигать благородный порыв, лишенный какого-либо честолюбия или выгоды. Разве что… когда он спас маленькую гиену, младшего братишку Шензи, но это было так давно… Однако и тогда этот порыв вызвало тщеславное желание оставлять последнее слово за собой. Молодой амбициозный лев с первыми намеками на гриву и непреодолимой жаждой власти в сердце…


Шензи еще во чреве матери откусила ногу у своего брата, и он родился калекой. Отец хотел задушить никчемное создание, которое не сможет заботиться о себе и погибнет от лап первого же хищника, но Шрам остановил его, взяв на свои плечи опеку над малышом.

– Татулапи! Почему ты назвал себя Кива? – воскликнул Шрам, обрадованный тем, что память вернулась к нему.

– Я сменил имя, когда меня изгнали из стаи и с территории Слоновьего кладбища. Теперь мы, Отверженные, живем здесь. Кладбище Гиен – это наш дом, сюда никто не смеет и носа сунуть, даже Шензи & Co!

– А если и сунет, то останется без нюхалки! – услышал Шрам незнакомый голос, в ответ на который раздалось одобрительное хихиканье. – Привилегированные гиены приходят сюда только днем и, только чтобы похоронить мертвых. Но долго они здесь не задерживаются, потому что знают, чем им это грозит…

– А сколько я уже здесь? – спросил Шрам. Он не помнил абсолютно ничего и только смутно догадывался, что произошло там, у Скалы Предков…

– С тех пор, как мы нашли тебя тут, минуло три луны, – ответил Кива. – Рафики лечил тебя соком Драконового дерева, а я… – гиена почтительно понизила голос, – я зализывал твои раны…

Шрам впервые в жизни почувствовал, как к его горлу подкатывает тугой комок, а глаза становятся непривычно-влажными. Лев пытался сдержаться, но маленькая настойчивая росинка все же вырвалась наружу и блестящей змейкой побежала по направлению к седым усам. Хорошо, что лунный лик в это время скрылся за набежавшим, откуда ни возьмись, облаком. Даже ей, Царице Ночи, было неловко смотреть на слезы зверя, который принадлежал к роду Королей.

Великий Король Прошлого

Шрам уже мог вставать, но для того, чтобы самому добывать пищу, сил, увы, не хватало. Льву казалось унизительным принимать подношения гиен, но приходилось переступать через гордость, потому что желание жизни снова пробуждалось в его сердце. Старый мандрил навещал его время от времени, совершая свои магические ритуалы над уже почти затянувшимися боевыми ранами.

И вот однажды Шрам не выдержал и оборвал нудное бормотание Рафики на полуслове:

– Хватит, я уже достаточно здоров и не нуждаюсь больше в твоих услугах. Есть у меня к тебе только единственная просьба, – Шрам сделал паузу, пытаясь подобрать нужные слова, – говорят, ты умеешь вызывать Тени Прошлого. Я хотел бы увидеть Муфасу. Сделай это для меня, друг! Последнее слово Шрам произнес очень тихо, но Рафики все же смог разобрать сказанное и даже уловил интонацию: неуверенность и испуг быть отвергнутым. Эти столь необычные для Шрама эмоции тронули душу старого сфинкса до самой глубины.

– Хорошо, я помогу тебе! Не будем откладывать в долгий ящик. Сегодня на закате я жду тебя под старым баобабом на границе Земель Прайда.

Шрам пришел под баобаб, когда солнце еще только начало опускать свою золотоволосую головку к горизонту. Он улегся в высокую траву и стал наблюдать, как с приближением темноты на небе появляются все новые и новые звезды. Лев никогда раньше не обращал внимания на красоту ночного неба. «Сколько хорошего я упустил и сколько ненужного приобрел!» – вздохнул Шрам, печально укладывая голову на лапы.

– Привет тебе, брат Короля! – скрипучий голос Рафики вывел льва из задумчивости. – Не вешай нос, все еще поправимо! Лучше посмотри на небо: среди звезд Великих Королей Прошлого есть звезда Муфасы. Она одна из самых ярких. Король Лев смотрит на тебя. Почувствуй его взгляд! Призови его, и, быть может, он захочет явиться тебе…


Шрам снова поднял голову. Его сердце ныло от тоски, его непрощенное сердце, но полное раскаяния и сожаления… Нет, он недостоин смотреть на эту бесконечную красоту, исполненную державного сияния! Слишком поздно он решил исправиться, его вина чересчур глубока, чтобы он мог рассчитывать на прощение… И лев снова опустил голову на лапы.

– Смотри, Шрам, смотри в небо! Он идет! – закричал Рафики и радостно запрыгал вокруг льва, размахивая священным жреческим жезлом.

Шрам встрепенулся и весь напрягся. Да! Там, высоко в небе, среди множества звездных огней пылала темно-рыжая грива Муфасы. Он жив! Его брат жив! А значит, у него есть надежда…

Фанфик рассказала Светлана Ярошевич.